Читать книгу - "История римских императоров от Августа до Константина. Том 8. Кризис III века - Жан-Батист Кревье"

город Аврелиану. Вероятнее, что, уезжая, царица призвала их держаться до её возвращения с персидской помощью, и, увидев её в плену, они, лишившись надежды, приняли единственное оставшееся решение – умолять победителя о милости. Аврелиан смягчился и даровал им жизнь и свободу, удовольствовавшись конфискацией их богатств.

Овладев Пальмирой и укрепив свою власть, Аврелиан вернулся в Эмессу, где предал Зенобию и её сторонников суду под своим председательством. Римские солдаты требовали казни царицы, и, если верить Зосиму, она купила себе прощение трусостью, возложив всю вину за войну на своих советников и министров. Но я предпочитаю свидетельство Вописка, согласно которому эта княгиня обязана жизнью великодушию Аврелиана, считавшего низостью казнить пленную женщину. Кроме того, он полагал, что Римская империя обязана Зенобии, чьи мужество и мудрость спасли восточные провинции от персидского вторжения. Наконец, его тщесвие льстила мысль о триумфе с такой знаменитой пленницей. Он гордился этой победой и обижался на тех, кто утверждал, что победа над женщиной – невеликая заслуга. Женщина же, подобная Зенобии, по его справедливому мнению, стоила многих мужчин.

Он сохранил жизнь царице и так же милостиво обошёлся с Вабаллатом, её третьим сыном. Что касается двух старших, Геренниана и Тимолая, то сведения о них противоречивы. Некоторые (совершенно неправдоподобно) утверждают, что они были казнены Аврелианом; другие – что умерли естественной смертью; третьи – что участвовали в триумфе вместе с матерью. Достоверно известно лишь то, что они правили вместе с ней и что Тимолай в своём возрасте достиг больших успехов в латинском красноречии. Впрочем, они малоизвестны, и Вабаллат – единственный из сыновей Зенобии, упоминаемый в древних источниках после триумфа Аврелиана.

Главные сановники двора Зенобии и все те, чьи советы считали причиной начала войны или чье управление было использовано для ее ведения, не встретили со стороны Аврелиана той же снисходительности, что их царица. Они были либо немедленно преданы казни, либо оставлены для утопления в море при переходе через Фракийский Босфор.

Среди погибших в Эмесе был знаменитый Лонгин, чья смерть покрыла позором приказавшего ее. Ритор и философ, он превосходил в обоих этих искусствах, и до нас дошло свидетельство его выдающихся заслуг в виде трактата О возвышенном, хорошо известного среди нас. Его преступлением было составление письма, которым Зенобия ответила на предложение Аврелиана сдаться. Разве Лонгин был виновен в том, что проникся духом царицы, у которой служил секретарем? Он встретил смерть с твердостью, утешая даже тех, чей гнев и жалость возбуждала его печальная участь.

Пока Аврелиан воевал с Зенобией на Востоке, он отнял у нее Египет через посредничество Проба. Этот полководец, впоследствии ставший императором, преодолел все усилия пальмирцев, сражавшихся храбро за свою добычу, но не сумевших противостоять превосходящим силам и искусству врага. Таким образом, Аврелиан, вернув Римской империи все, что признавало законы Зенобии, двинулся обратно в Европу.

Он уже перешел Босфор и даже разбил несколько отрядов карпов, рассыпавшихся по Фракии, когда узнал о восстании жителей Пальмиры. Некто Апсей, бывший приближенным Зенобии, избежавший розысков и мести Аврелиана, вернулся на родину и призвал сограждан сбросить ярмо рабства – и был услышан. Они зондировали Маркеллина, командовавшего в Месопотамии, пытаясь склонить его принять пурпур. Тот, оставаясь верным своему государю, уклонялся от их предложений под разными предлогами, пока тайно извещал Аврелиана. Устав ждать его решения, пальмирцы перебили римский гарнизон в своем городе вместе с его командиром Скандарионом и провозгласили императором родственника Зенобии, именуемого у Вописка Ахиллеем, а у Зосима – Антиохом.

Аврелиан, всегда деятельный, немедленно повернул назад и оказался уже в Антиохии, когда его все еще ждали в Европе. Пальмирцы, пораженные его невероятной быстротой, не оказали сопротивления и открыли ворота императору. Но эта вынужденная покорность не спасла их от сурового наказания, которое, по мнению Аврелиана, заслуживал их мятеж. Город был отдан на разграбление солдатам, которые грабили, разрушали, лили реки крови, не щадя ни женщин, ни стариков, ни детей. Похоже, эта ужасная расправа длилась несколько дней, после чего Аврелиан, наконец удовлетворенный, приказал прекратить истребление жалких остатков некогда цветущего народа. Узурпатора, присвоившего императорский пурпур, он презрел настолько, что оставил ему жизнь. Что же касается городских построек, он не стал наказывать их за преступления несчастных жителей [9]. Он даже повелел восстановить во всем великолепии храм Солнца, чьи украшения и богатства расхитили солдаты. Пальмира не была полностью уничтожена, но сильно пострадала и долго не могла оправиться от этого страшного удара. Она оставалась в руинах и запустении, пока Юстиниан не восстановил и не укрепил ее вновь, сделав преградой против набегов сарацин.

После расправы с Пальмирой Аврелиану предстояло усмирить и Египет, восставший в то же время. Виновником этого мятежа был Фирм, старый друг и союзник Зенобии, который, видя гибель ее власти, действовал в своих интересах и, воспользовавшись отсутствием победителя, а также легкомыслием александрийцев, всегда жаждавших новизны, провозгласил себя Августом. Его богатства способствовали успеху предприятия: он владел значительной частью египетских бумажных мануфактур [10], вел торговлю с Индийским морем и извлекал из этого огромные доходы. Его союзниками были воинственные блеммии [11] и сарацины, а сам он был человеком умным и решительным, способным вести важные дела. Аврелиан двинулся из Месопотамии в Египет, чтобы сразиться с ним. Война была недолгой, а исход – предрешенным. Сам Аврелиан в эдикте, обращенном к римскому народу, выразился так: Мы обратили в бегство египетского разбойника Фирма, осадили его, взяли в плен и предали мучительной смерти.

Последние строки сохранившегося у Вописка фрагмента этого эдикта примечательны и показывают, насколько римский народ утратил былую славу, превратившись в толпу праздных и изнеженных людей. Объявив, что поставки египетского хлеба, прерванные Фирмом, возобновятся, Аврелиан добавляет: Я позабочусь, чтобы Рим не знал тревог. Занимайтесь играми, занимайтесь гонками колесниц в цирке: общественные нужды – наше дело, ваше же – удовольствия.

Фирм мог править лишь несколько месяцев. Его честолюбивое возвышение и падение уместились в 273 год от Р. Х., когда была взята Зенобия и разорена Пальмира. Рассказывают удивительные вещи о физической силе этого тирана и вместимости его желудка для еды и питья. Любопытные найдут эти мелкие подробности у Вописка.

Разрушение Брухия, большого квартала Александрии, который, согласно Аммиану Марцеллину, был разрушен при Аврелиане и с тех пор оставался в запустении, можно отнести либо к войне Аврелиана с Фирмом, либо к более ранним действиям Проба в Египте.

Аврелиан, покорив Пальмиру и Египет, вернулся на Запад, чтобы завершить воссоединение отпавших частей империи подчинением Галлии. Эта экспедиция прошла без труда, поскольку ему помогал тот, против кого он воевал.

Тетрик уже шесть лет правил Галлией, Испанией и Британией; вернее, он носил титул императора в этих провинциях, не обладая реальной властью. Постоянно сталкиваясь с мятежами со стороны своевольных войск, которые к тому же подстрекались неким Фаустином (о котором нам больше ничего не известно), он был так измучен бурными потрясениями, наполнявшими его жизнь, и непрестанными опасностями, которым подвергался, что мечтал о покое частного человека – но не мог его обрести. Его имя было нужно мятежникам, которые прикрывались им; и, будучи тиранизируемым теми, кто называл себя его подданными, он обратился за помощью к Аврелиану, включив в свое письмо полустих Вергилия: Eripe me his, invicte, malis – «Непобедимый государь, избавь меня от страданий, которые я терплю».

Аврелиан не заставил себя долго ждать и отправился в Галлию – ничто не могло быть для него более лестным. Тетрик сделал вид, что хочет сразиться с ним, и армии сошлись близ Шалона-на-Марне; но в начале битвы Тетрик с сыном перешли на сторону Аврелиана и сдались ему. Мятежники, хотя и лишившиеся своего предводителя, проявили крайнее упорство. Они сражались, но с огромным ущербом для себя. Вскоре, из-за отсутствия четкого командования, среди них начался беспорядок, и Аврелиан, разгромив и рассеяв